1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Воспоминания снайперов вов

“Не убий”. Воспоминания снайпера

Иван Терентьевич ТКАЧЕВ, полковник в отставке

Когда началась война, мне было девятнадцать, и я ушел на фронт. Еще в школе я был самым метким среди сверстников, гордился полученным значком «Ворошиловский стрелок». И был очень горд тем, что на фронте стал снайпером.

Сам факт присутствия снайперов на поле боя наводит страх на врага. Дистанция для такого стрелка не имеет никакого значения. У хорошей винтовки мощная оптика, и часто в прицеле видно выражение глаз ничего не подозревающего человека. Убивать тяжело. Но была война. Я считал, что невозможно воевать в белых перчатках и никогда не питал жалости к фашистам. Было ясно: если мы не выстрелим, выстрелят в нас. На моем счету сотни точных попаданий.

Но однажды я не выстрелил. И Бог дал мне удивительную возможность оказаться лицом к лицу с последствиями этого поступка.

Осенью сорок третьего года моя дивизия держала оборону на участке у белорусской деревни Турки-Перевоз. В тот вечер из штаба принесли почту, и мне в руки попало письмо, адресованное «самому храброму воину». На фронт часто приходили такие воодушевляющие солдат послания. Это письмо было от Валентины из Ленинграда. Она умоляла отомстить за убитых врагами родителей.

Я был очень тронут и на следующий день исполнил просьбу — уничтожил нескольких фашистов. Солнце уже клонилось к закату, и бой почти затих, когда вдруг в траншеях противника началось какое-то оживление. Я взял винтовку и навел прицел. Возле землянки стоял высокий худой немец. «Долговязый — мой», — предупредил я товарищей.

В прицеле я отчетливо видел его лицо, повязку на правом глазу и шрам на щеке. Шатаясь, он нес какойто ящик в сторону окопа. Вдруг остановился: увидел своих убитых cослуживцев. И застыл — оторопевший и жалкий. Из укрытия выскочил офицер, сбил «долговязого» с ног и сам упал замертво, сраженный пулей кого-то из моих товарищей. Я по-прежнему предельно ясно различал через оптику и его глаза, и шрам на щеке, но уже не видел разметки на прицеле. Диоптрии «поплыли», и я снял палец со спускового крючка: пусть живет…

Прошло много лет. В 1972 году в парке Горького в Москве проходила выставка ГДР. Я зашел посмотреть. И вдруг увидел: немец-экскурсовод что-то кому-то рассказывает на ломаном русском. Шрам на щеке, неподвижный правый глаз, знакомая долговязая фигура… Я не верил своим глазам!

Материал по теме

Пропавшие без вести на Великой Отечественной Войне. 5 шагов поиска

Несколько простых советов о том, как найти информацию о месте захоронения солдата Великой Отечественной Войны от историка Дмитрия Белова.

Месяца через три я получил письмо из Германии. На фотографии — тот самый солдат, его жена и три дочери, очень похожие на отца. А на обратной стороне надпись: «Дорогой друг, посмотри на фотографию. Этих милых деток могло бы и не быть на свете, если бы вы тогда, на фронте, не проявили великодушие и не сохранили жизнь нашему дорогому отцу и мужу. Мы вам очень обязаны. Приезжайте в гости».

Ответ я не написал. Просто не смог подобрать слова. Впрочем, и времена для переписки с заграницей были не самые лучшие. Но всем сердцем почувствовал я тогда смысл заповеди «Не убий». И вспомнил строчки из любимого мною Блока:

Жизнь — без начала и конца.
Нас всех подстерегает случай.
Над нами сумрак неминучий
Иль ясность Божьего лица…

Записала Марина ЛАЗАРЧУК

Фото на заставке: Михаил Савин. Снайпер 83-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии сержант Сергей Георгиевич Везбердев. 1944 г.

«Бессмертный полк» села Жостово

Война и мир отца Сергия

Обыкновенный фашизм

Неоконченная война

Комментарии

Вам что, жалко, что этот конкретный человек выжил? Есть и истории про немцев, которые не выполнили приказ, я читала про одну – если вы с ними не сталкивались, это не значит, что их нет. Почему люди никогда не хотят идти в сторону человечности? Даже на таком сайте надо всё усложнить, про целесообразность. Там вообще не тот случай был и не в целесообразности дело – просто Бог прикоснулся к душе человека! (как мне кажется)

Знаете, а имеем ли мы право вообще обсуждать действия этого солдата? Он, как и многие, кто убивал, даже ради жизни, сами ответят за это. И те пули, которые были в ящике, или вы думаете Бог это случайно пропустил, и вообще войну? Нельзя мерить войну нам, не видавшим ее ужасов. Не дай Бог оказаться перед выбором – убивать или ждать пока тебя убьют.

Читать еще:  День особого поминовения усопших

Владимир Гурболиков, спасибо Вам за прошлогодний комментарий(прочитала его только сейчас)!
Могу добавить для ревнителей военной целесообразности: в рассказаной удивительной истории и с этим все в порядке. Снайпер не убил солдата-калеку, а в результате был застрелен вражеский офицер, так что “обмен” в нашу пользу. Да и солдат был из армии списан, стало быть, не причинил больше вреда.
Что же касается вопроса, почему жестокие отзывы стали поступать в последние годы, так это “благодаря” массированной пропаганде по ТВ.

Прочитал статью…. а ведь не,хотел . Что-то, лично мне, тяжело читать, такие и похожие статьи и воспоминания. Вот и сериалы…., как на подбор,чёрная и беспросветная жизнь в СССР,сплошное НКВД и КГБ и только ,славные борцы с режимом и стукачи – а остальных,оказывается,не было! Далее- в прошлом году в праздник Победы, по ТВ, заставка – голубь,а заставки с гвоздиками, например, исчезли. В районе,где я живу, праздник Победы проходил на площади с памятником защитникам Отечества,но в прошлом году, прзднование перенесли на задворки ! Вот это,всё- политкорректность и обще человеческие…. . И вот статья в журнале, который выходит к Дню Победы. Совпадение? Читал статью…. , а на стене ,у меня, Бессмертный полк, мой дед, погибший в 1915 году – немец выполнил приказ, пуля “дум-дум” нашла цель! Отец, в 1942 г. чудом выживший и благодаря лётчику, ценой своей жизни спасшего. после того,как фашисткий лётчик выполнил приказ и сбил У-2; дядя, сгоревший в танке, в 1942 году – немец приказ выполнил…., и так десятки млн. убитых , покалеченных и раненных, руины, Блокадный Ленинград….. – солдаты , вермахта выполняли приказ!
И выполняли осознанно, без пощады и чётко, пока другие советские снайперы, выполнявшие приказ, не снесли в дребезги головы солдат вермахта.

Александр, Вы как читаете. Рассказчик, фронтовик, убивал гитлеровцев и до, и после того случая, о котором рассказывает. Он их потом ещё “положил” множество. И ещё десять лет назад ни один из читателей этих воспоминаний это прекрасно понимал, и не было ни одного обвинения, будто это рассказ про какой-то пацифизм и тем более проповедь жалости к нацизму. Это ведь был бы просто плевок в лицо тому ветерану, который прошёл войну от начала до конца! Как можно?? Не об этом история. Просто мы стали забывать, что наряду с жестокостью, наши деды победили и потому, что были великодушнее, нежели их враги, что нацисты их за людей не считали, а наши – всё равно понимали, что перед ними люди. И потому Господь не дал немцам победы. Победили не только жестокостью, а силой духа. А ещё как-то забываем (или вовсе нет веры?), что есть промысл Божий. По теории вероятности такого просто не могло случиться: не убил, потом встретил через много лет и получил то письмо. Видимо, была воля Божия, чтобы в тот момент не выстрелить. Один-единственный раз. Это же случается раз на миллион, чтобы такое совпало!

Повторяю: я не понимаю, отчего в рассказе, который опубликован более 10 лет назад, начали видеть там, где сила духа, слабость и “гнилой пацифизм”?? Что случилось такое? Ведь никакой он не пацифист. Кто и где вычитал, что он с тех пор перестал исполнять свой долг и “косить” нацистов? Откуда – буквально за год-два – назрело такое невнимание к деталям и читка между строк. 🙁

Гордиться надо, что наши даже в нацистах, убивая их, всё же видели людей. И считали невозможным фотографироваться на фоне трупов и виселиц. Немцы-то с удовольствием фотографировались. И легко убивали. Потому что их идеология отрицала то, что называют человечностью, а на самом деле, является частью Господних заповедей. Этим и отличались они от нацистов, которые за людей своих противников не считали.

Между прочим. Есть роман, написанный ветераном, который рядовым воевал в страшном сражении подо Ржевом, Кондратьевым. И сюжет в том, что однажды, среди беспощадной бойни, их подразделение захватывает одного немца в плен. И Сашка ведёт его в тыл, согласно уставам. И он его не просто мог застрелить и не мучиться. Он даже получил приказ от офицера, у которого погибла жена, расстрелять пленного. Но Сашка этого не сделал и таки привёл пленного туда, где собирали пленных. Опять – не застрелил. И знаете, кто больше всех боролся, чтобы эту повесть обязательно опубликовали? Писатель и фронтовик Константин Симонов, автор знаменитого стихотворения “Убей его!”.

Читать еще:  В какой день поминают

То есть тот, кого никак не назовешь пацифистом. Почему? Да потому что ему было стопроцентно ясно: сила духа была в том, что мы не звери. Несмотря на всю жестокость войны и зверства нацистов! Что же: мы так переменились, что теперь эту повесть проклянём? Может, сожжём ещё. Разве нам так надо избавиться вот от этого – важнейшего – достоинства наших дедов и прадедов: от их великодушия, умения сражаться, гл (когда возможно) и проявить милосердие? Да так недалеко и до того, чтобы мы вообщше перестали понимать, в чем наша с нацизмом принципиальная разница… Не дай Бог!

Простите, что эмоционально пишу, но это первый – ну максимум второй год, когда начали возникать такие отзывы. И очень сложно привыкнуть к тому, что вдруг за такой короткий срок русские люди так ожесточились и стали отрицать часть важнейших качеств, благодаря чему их предки выстояли и победили. Надо как-то остановиться и одуматься. И не путать “гнилой либерализм” с тем, что описано в повести “Сашка” и реальном, автобиографическом воспоминании этого ветерана. Иначе чем мы принципиально будем отличаться от тех же нацистов?… 🙁

И вроде бы всё правильно… но сколько дочек не родилось из-за тех патронов, которые нёс немец?

Снайперы

Романенко Александр Николаевич

Командир стрелковой роты попросил уничтожить пулеметчика, который не дает подняться нашим автоматчикам. Выбрали наблюдательное место с Нариманом, расстояние было около 700 метров. Я быстро подготовился, и когда застрочил пулемет, сразу произвел выстрел. Пулемет замолк, но очень быстро опять заговорил. Даю еще выстрел, пулемет замер навсегда. Наши продвинулись и освободили квартал и этот дом, где были пулеметчики. Мы поднялись на третий этаж и обнаружили одного убитого пулеметчика, а второго раненого в грудь, но еще живого.

Жукова Юлия Константиновна

И вот лежишь, стоишь – и всё время думаешь об этом, потому что всё время какие-то перемены: другое направление ветра – это надо учесть, солнце вышло, стало слепить глаза – это надо учесть. Понимаете? И я не могу сказать, чтобы я каким-нибудь воспоминаниям или лирическим размышлениям поддавалась. Полная концентрация. Для снайпера крайне важно полностью сконцентрироваться на работе. Нас этому тоже учили. Не отвлекаться ни на что.

Мы дрались против «Тигров». «Главное — выбить у них танки»!»

«Ствол длинный, жизнь короткая», «Двойной оклад — тройная смерть», «Прощай, Родина!» — всё это фронтовые прозвища артиллеристов орудий калибра 45, 57 и 76 мм, на которых возлагалась смертельно опасная задача: жечь немецкие танки. Каждый бой, каждый подбитый панцер стоили большой крови, а победа в поединке с гитлеровскими танковыми асами требовала колоссальной выдержки, отваги и мастерства. И до самого конца войны Панцерваффе, в том числе и грозные «Тигры».

«Из адов ад». А мы с тобой, брат, из пехоты.

«Война – ад. А пехота – из адов ад. Ведь на расстрел же идешь все время! Первым идешь!» Именно о таких книгах говорят: написано кровью. Такое не прочитаешь ни в одном романе, не увидишь в кино. Это – настоящая «окопная правда» Великой Отечественной. Настолько откровенно, так исповедально, пронзительно и достоверно о войне могут рассказать лишь ветераны…

Кавалеристы

Со второй половины 80-х годов об этом роде войск Красной Армии можно было услышать только плохое: «Советское руководство переоценило роль кавалерии», «кавалеристы в командовании Красной Армии не давали развиваться современным родам войск и проводить механизацию», «с шашками на танки».
Но насколько правдивы эти утверждения? Действительно командование РККА переоценило роль кавалерии, а красные конники бросались в самоубийственные кавалерийские атаки на танки? К.

Корзанов Василий Афанасьевич

Помню, на мосту лежал наш военный. Звания я его не смог опознать, так как по мосту прошли танки и настолько смяли его лицо, что можно было видеть только его волосы и обмундирование. Больше по нему оказалось нельзя ничего сказать. Я помчался дальше. Затем я прибежал к своим ребятам в рейхстаг. Зашел я в него сбоку. Немцы в то время еще продолжали оказывать нам сопротивление. Так что ночь прошла у нас в боях. Должен сказать, что нам повезло из-за того, что немцы в своем большинстве оказались в подвале. Эти подвалы нам удалось блокировать. Нам была поставлена задача: «Не допустить того, чтобы немцы, которые укрываются в подвалах, оттуда вышли

Читать еще:  Годовщина смерти как поминать

Бородкина (Махлягина) Антонина Васильевна

Я ревела, когда первого убила. «Я человека убила!» Меня говорят: «Ты убила немца». «Но я убила первая, он должен был еще жить». Убить человека — это не так просто. Руки тряслись. Это только легко сказать. Девчонки мне говорят: «Чего ты ревешь, ты же убила фашиста!» «А вдруг у него дети, что будет с детьми?»

© ООО «Издательство Яуза» СМИ «Я помню» 2000–2020 Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 25.07.2008г. зa номером Эл № ФС77-32673.
Отдельные публикации могут содержать информацию, не предназначенную для пользователей до 18 лет. Сайт создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Снайпер. Стрелок, прошедший две войны

Один эпизод из воспоминания снайпера вов.

Агапов перезарядил свою СВТ и подкрутил фокусировку оптического прицела. Теперь он четко видел фрица, засевшего с пулеметом на невысоком холме, в кусту акации.

-Вот ты где, голубчик! – процедил сквозь зубы снайпер и начал целиться.

Расстояние до вражеского пулеметчика составляло около 300 метров. Ветер на данный момент был порывистым, иногда около 12-ти метров. Приподняв прицел чуть вверх, чтобы перекрестье легло на полсантиметра выше черного ствола вражеского пулемета, старшина Агапов сместил его чуть в лево. Буквально на 1 миллиметр. Уперев привычным движением приклад снайперской винтовки в правое плечо, старшина выстрелил. Через секунду пулеметный ствол, торчавший из зарослей, уткнулся в землю холма…

-Есть милый! – раздался возглас старика Матвея, который метко стрелял из своей трехлинейки.

Застрелив очередного врага, дед Матвей уже брал на прицел следующего. Его искусной стрельбе поражался даже бывалый снайпер Агапов. Они вдвоем сидели в обороне города плечом к плечу уже несколько часов, и у старшины было достаточно времени, чтобы убедиться в высоком профессионализме старика. А старик уже был очень стар…

-Дед Матвей, только не обижайся, ладно? – спросил Агапов.

Старик махнул рукой:

Он снова выстрелил, и Агапов увидел, как еще один фашист упал навзничь, широко разбросав руки.

-Сколько тебе лет? – спросил старшина.

-Да, поди, 82 будет… — ответил, улыбнувшись беззубым ртом старик.

«Вот это да!» — пронеслось в голове у старшины, — «а зрение и точность как у 20-ти летнего!».

Агапов уловил в перекрестье еще одну группу фашистов с винтовками, пробирающихся к городу. Они с Матвеем перестреляли всех четверых за десять секунд.

-А стрелять где так научился?! – не удержался от очередного вопроса Агапов.

Старик снова улыбнулся:

-Дак я ж всю первую мировую провоевал в стрелковом полку! Я ничего больше так хорошо не умею, как стрелять!

Только он закончил фразу, как впереди, в десяти метрах от них разорвалась мина. Они пригнулись в своих окопчиках. Земля и осколки пролетели над головой.

Фашисты пошли в атаку большими силами. Агапов привстал и быстрыми выстрелами застрелил троих атакующих одного за другим, с довольно большого расстояния. Дед Матвей пока не стрелял – для его трехлинейки расстояние было слишком большим. В этот момент снова упал вражеский снаряд, с громким свистом опустившись впереди старшины.

Агапов припал к земле, но на этот раз не так успешно: два осколка «прошили» его правую руку в двух местах. Плечо и предплечье объяла острая боль. Агапов попробовал взять винтовку для стрельбы, но сразу понял, что это исключено – боль в руке разразилась фонтаном.

Увидев, что старшина ранен, старик Матвей подполз к нему.

-Жив?! – спросил старый солдат.

—Живой, — ответил Агапов, вот только стрелять не могу…

Дед взял его снайперскую винтовку. Ловко перезарядил и приставил к плечу в положение для стрельбы.

-Вот это штука! – улыбнулся старик и послал пулю в бегущего впереди фашиста, — только расплывчато все как-то!

Агапов объяснил старику принцип работы оптического прицела. Тот все схватывал «на лету». Через минуту, Матвей уже стрелял из СВТ Агапова, поражая врагов на расстоянии в 400 и даже 500-от метров. Прижимая левой рукой повязку к ранам на правой руке, старшина смотрел, с какой скоростью и точностью поражает 82-х летний старик фашистов.

Через пару минут вражеская атака захлебнулась, в чем была огромная заслуга стрелка, прошедшего две войны…

Дорогие читатели, пожалуйста, оставляйте сайт в закладках и делитесь им в соцсетях, это очень помогает развитию сайта и стимулирует для вас писать лучше и чаще.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector